Новости

Мой путь из фрилансера к работе в Blue Origin. Брэнсон, Роскосмос, работа в Америке и запуск Безоса

Иван Толмачев — UX-дизайнер, который десять лет назад начинал с подработок в FL.ru. Потом стал партнером в стартапах, вырос до зарплаты больше $10 000 в месяц, получил много акций, бросил всё и пошел помогать человечеству улететь в космос.

Мы поговорили с ним о принципах, позволивших ему пройти такой путь. О том, как перешагнуть на следующую ступеньку. Минусах жизни в Сан-Франциско. Причинах не работать в большой корпорации. О том, что нужно написать, чтобы тебя взяли в Blue Origin. О тотальной слежке за сотрудниками, которые работают с передовой технологией. Причинах, по которым в космос в первую очередь должны полететь учителя. Разницах между Blue Origin и SpaceX. И отношении к Брэнсону и Роскосмосу.

 

О себе

Родился в 1990-м году в Москве, учился в 45-й школе, с уклоном на английский язык. Потом — в IT-лицее, там впервые начал заниматься графическим дизайнером, потрогал Photoshop. Был 3 года в Ирландии, на факультете мультимедиа, получил специальность дизайнера. Потом вернулся в Россию, начал думать, что делать. Это было лето 10-го года.

Хотел пойти учиться в магистратуру, но, к счастью, к тому времени уже было небольшое портфолио. Профессор из Дублина в свое время посоветовала искать подработку в той сфере, в которой хотел бы идти дальше. Этот совет я теперь вспоминаю как главный за весь свой университет. Поэтому еще учась в университете я начал делать визитки на FL.ru, странички сайтов, всякую ерунду. Это позволило мне немного разобраться в том, как устроен этот бизнес.

Поэтому за лето в России я набрал контрактов, и понял, что могу зарабатывать деньги, позволяющие существовать. Начал полноценно фрилансить. И в дальнейшем учиться уже не пошел.

Довольно рано понял, что хорошие большие деньги проще заработать за пределами страны. И нужно работать на иностранных заказчиков. Поставил себе цель: 40 000 рублей в месяц. Мне кажется, это очень важно, ставить себе цель. Такой суммы хватило бы, чтобы спокойно питаться нам с девушкой, если жить с родителями. Цели своей достиг через полгода.

 

Цифровое кочевничество

В 2012 году мы с девушкой попробовали такую штуку, которую я называю «цифровое кочевничество». Заказчики шли хорошо, и я понял, что могу работать из любого места.

Приятель посоветовал поехать с ними на Кипр. Взяли с женой отпуск, поехали и попробовали  там пожить.

Я взял отель на два дня. Начал искать квартиру для более долгого съема. Нашел неплохую, мне риелтор сказал — €600. Для меня это была очень солидная сумма. Отдал за 3 месяца €1800. Это были почти все накопленные деньги, которые заработал. В тот момент я перешел с одной ментальной ступеньки на другую. Начал понимать, что 40 000 в месяц — совсем не хватит. Сел, посчитал, принял решение, что теперь нужно зарабатывать по $60 в час на новых проектах, чтобы иметь возможность здесь комфортно жить.

Если бы я не переехал на Кипр, передо мной бы не стояло такого вопроса. Я бы не нервничал, и у меня не было бы стимула продолжать развиваться.

Пробыли на Кипре три месяца, затем какое-то время жили в Берлине, потом — в Лондоне. Жилье снимали в основном через Airbnb. Девушка нашла работу фотографом, делала как раз для Airbnb фотосессии разных помещений.

Помню, когда мы жили в Барселоне, я на последние деньги (а тогда были определенные трудности) купил своей будущей жене кольцо. Мы сели на общественный транспорт и за 20 евро доехали до Андорры. Было начало весны, все расцветало, и там я сделал Тане предложение.

В 2013-м попробовал Америку. Месяц провели в Нью-Йорке, месяц — в Сан-Франциско в Airbnb. Начал полноценно работать на компанию Air Brake (их потом купили Rackspace). Договорились работать с ними на эксклюзивной основе. Я вернулся в Москву, и в декабре подписал с ними контракт на $10 000 (без вычета налогов). Это был очередной большой шаг.

Начал готовиться к полноценному переезду в США. Особенно после Крыма — испугался, что в какой-то момент границы могут закрыть. Сейчас я на это смотрю немного с иронией, но тогда эмоции были серьезные. Начал долбить Rackspace, чтобы они сделали мне визу. Если бы я это делал сегодня, я бы просто открыл себе бизнес, сделал бизнес-визу сам. Но тогда я в этом ничего не понимал. И в визе в США мне отказали.

В итоге перешел работать в Eddie (сегодня Onfleet). Это был стартап по логистике, помогающий бизнесу доставить что угодно и куда угодно. Его основали три студента, познакомившись в Стэнфорде. Университет выделил им $60 000 на развитие. Eddie нужен был дизайнер, я стал четвертым человеком в компании. В итоге к ним и с мог переехать в Америку, в Сан-Франциско. Тогда как раз выходил сериал «Кремниевая долина» на HBO, всё было примерно так, я этим реально жил.

 

Сан-Франциско: мир стартапов, в котором не хочется жить

Мне сразу понравился Сан-Франциско, а вот жене — наоборот. Здесь почти каждый день были какие-то встречи по дизайнерским проектам, очень быстрое движение. Таня же работала в другой сфере и была не так впечатлена городом. Сан-Франциско кажется просто деревней, особенно после Москвы: здесь определенные правила работы супермаркетов и клубов, после 10 вечера город вымирает — даже в выходные. Люди сидят дома, на улицах пусто.

Снять квартиру дико сложно, их мало: из-за сейсмической активности тут чаще строят низкие домики. Как-то перед нашим носом ушла великолепная квартира с видом на океан: одновременно ее пришло смотреть человек 30.

Первая наша квартира стоила три тысячи долларов в месяц. В ней не было отопления, только электрические генераторы, за которые мы платили отдельно. Как-то раз зимой мы врубили эти генераторы на полную мощь, а в конце месяца пришел счет за электроэнергию на 250 долларов. Решили больше эти батареи не включать. Писали нашему домовладельцу, что очень холодно, и в один из дней он пришел и подсунул нам под дверь изоленту для утепления окон — мол, на, утепляйте. После этого мы решили надевать по два свитера.

Даже лето, кстати, в Сан-Франциско было достаточно холодное: температура плюс 12-13 градусов, ветер, туман, особенно в августе, когда он стоит целый месяц.

Но у меня всё складывалось очень хорошо: кроме работы в стартапе, я стал советником по дизайну в венчурном фонде Xenon Ventures, ментором и членом жюри в бизнес-инкубаторе Getaway Incubator, а еще почетным членом AIGA.

В 2018-м мы захотели купить себе квартиру. В Сан-Франциско земли очень мало, и переизбыток людей, которые могут позволить себе жилье по любым ценам. То, что нам более-менее понравилось, небольшая 1-bedroom квартира на 65 м2, стоила $600 000. И это даже не в Сан-Франциско, а в Окленде, в соседнем городе. Для того, чтобы её купить, нужно было впрягаться в ипотеку на 35 лет. С моими жизненными ценностями это не совпадало. Мне не казалось, что эта та жизнь, которой я бы хотел.

В 2019-м я трудился в компании Ancestry, один из их офисов был в Юте, Солт-Лейк-Сити. Поехал туда по командировке, взял с собой жену, покатались на лыжах. Посмотрели на цены: хороший дом с землей можно купить за $200 000! Тогда мы для себя поняли, что Сан-Франциско и остальная Америка — это разные вещи. И надолго в СФ мы не задержимся.

Начал искать другие варианты работы и города.

 

Просто космос! Как я попал в Blue Origin

После многих лет в стартапах мне было интересно попробовать корпоративную рутину. Понять, что я пропускаю. До этого я самостоятельно всё делал, фрилансил. Была мысль, что если я стану работать в большой корпорации, и вокруг меня будет 50 разных дизайнеров, я научусь тому, чего я не знаю, и стану еще более крутым специалистом.

Поэтому я пришел в Ancestry. И быстро понял, что мое мнение было идеалистическим. Люди вокруг — просто впряглись, получили ипотеку, и тянут свою лямку. Увидел, как тут ценят то, что ты сидишь внутри офиса, а не то, что ты делаешь. Платят не за результат, а за твое просиженное время. Я с этим был кардинально не согласен, даже если зарплата хорошая. Может, потому, что у меня предки из Донских казаков, в крови свободолюбие.

В 2019-м году в Хьюстоне с женой мы оказались в музее NASA. Смотрел на стенды, как в 2035 году мы будем заселять Марс. И меня что-то вштырило. Начал прямо рыдать. Подумал, зачем я сейчас тяну лямку? Вспомнил юношеские мечты, как я покорял неизведанные земли. У меня есть запись в дневнике: «Мечтал стать Хемингуэем, а стал обычным технарём».


Если кому интересно ознакомится с темой поближе, могу посоветовать книгу The High Frontier: Human Colonies in Space, в ней помимо прочего описаны искусственные межпланетарные станции Онила. Хочется как-то так.

В тот день я приехал домой, прогуглил все компании, которые занимаются космосом. В надежде, что кому-то из них нужен дизайнер. Думал даже, может, стоит идти учиться на механика, инженера? Может, таким будет проще получить работу в одной из таких компаний? Нашел, что UX-дизайнер нужен в Blue Origin. Это был март 2019 года, я отправил им свое резюме, ссылку на сайт с портфолио. И они просили еще написать заявку — почему ты хочешь у нас работать. И вот я им написал всё то, что сейчас рассказываю здесь. О космосе, Гагарине и Хемингуэе. Отправил им и забыл об этом.

Но через полгода они мне ответили! В сентябре пригласили на интервью в Сиэтл. Интервью проходило где-то 5 часов, через неделю мне написали, что мы друг другу подходим.

 

Работа в Blue Origin. Брэнсон, SpaceX и Роскосмос

Мне сказали: по законодательству нам нужно тебя проверить. Это очень важная практика, называется ITAR. Международная регуляция по перемещению оружия и технологий. Так не только у у Blue Origin, это везде в компаниях, занимающихся космосом в США.

Была очень длинная проверка — вдруг я шпион, вдруг ненадежный. Заполнял анкеты, отвечал на вопросы, проходил психологические тесты.

Часть этой ситуации — они знают, когда и с кем я разговариваю. Даже вот сейчас, по телеграму и Zoom. Знают о всех моих контактах, социальных сетях. У меня на смартфоне и айпаде стоит целый каталог приложений, позволяющих им проверять, что я делаю.

Когда летаю в путешествия, мне теперь запрещено брать с собой какое-либо техническое оборудование: записи, ноутбук, где есть рабочие проекты. Вдруг я могу вывести какие-то чертежи? Хотя я не имею ничего общего с разработкой конкретных двигателей, аппаратов. Но они перестраховываются.

Есть страны, в которые я вообще не могу ввозить какую-либо технику — это те, которые не подписали соглашение с ITAR.

Поэтому многое рассказывать не могу. В принципе, работа обычная. Офис — стандартный, такой, к каким я привык в Кремниевой долине. Правда, находится в Сиэтле.

Как я сейчас вижу, SpaceX — больше занимается доставкой грузов на МКС. А Blue Origin — просветительской деятельностью.

И мы находимся в такой уникальной позиции: Blue Origin может работать над тем, чтобы осваивать новые ресурсы. И это не только металлы других планет. Главное — это знания. Как что происходит в отсутствии гравитации, как определенные технологии работают в невесомости, что будет во время interstellar travel. Нахождение внутри капсулы, которая 3 минуты парит над Землей, ощущение свободного падения на орбите — это то знание, которое сложно сейчас получить человеку. Люди, которое это испытают, они из капсулы выйдут другими. Новыми людьми.

Безос сейчас летит первый. Эти ракеты тестировались 14 раз: могут ли прилететь, могут ли приземлиться. Всё удачно. После него — очень важно побывать учителям в космосе. Просветителям, писателям, поэтам. Чтобы заинтересовать народ. Никто же не знает, как они смогут это описать, когда лично побывают за линией Кармана. Глобальная миссия Blue Origin — миллион людей живут и работают в космосе. Это то, для чего компания была создана.

Сейчас вот полетел Брэнсон. Пусть и не в космос 😉 Но я считаю, что это шикарно. Особенно в тот же день, когда Англия была в финале Чемпионата Европы. Есть какой-то символизм.

А через 9 дней после него — полетит Безос со своим братом и женщиной-летчиком Уолли Фанк, которая станет самым старым человеком, будет бить рекорды (ей 82 года). И еще одним человеком, который заплатил $28 млн, выиграл аукцион.

Я вообще болею за Брэнсона. За SpaceX, за Роскосмос. Обожаю смотреть запуски с Байконура, с Восточного. Подписан на все их ютуб-каналы, у Роскомоса он довольно крутой, красивая инфографика. Думаю, люди в Твиттере, которые постят мемы, не понимают, насколько это сложная вещь — пустить в космос ракету. То, что они продолжают таким заниматься, это честь им и хвала.

Думаю, большинство людей в компании разделяют мое мнение. Соперничество — отличная составляющая любого здорового общества. Мы все в одной футбольной команде — просто кто-то забивает, а кто-то подает. Надеюсь, все смогут выступить в лучшей форме.

Многие, заметил, любят повторять фразу, мол, «Юрий Алексеевич, мы всё просрали». Думаю, наш русскоязычный мир, да и вообще человечество, будет намного богаче, если мы вместо этого начнем говорить «Юрий Алексеевич, мы всё починим».

Добавить комментарий

Кнопка «Наверх»